«Большая химия»: амбиции России и ее возможности

«В прошлом году в России существенно замедлились темпы экономического роста. Кроме того, изменившиеся политические отношения России со странами Европейского союза и США внесли существенные коррективы в процессы, происходящие на мировых рынках», – констатировал президент РБ. Он призвал быть готовыми к любому варианту развития событий.

«Вряд ли Запад прекратит поставки готовых продуктов, лишив собственные компании рынков сбыта. А вот поставка технологий, которые позволяют нам развивать перспективные отечественные отрасли, может оказаться под угрозой. Речь идет не только о нефтегазохимии, но и станкостроении, радиоэлектронике, биотехнологиях», – отметил он. По словам Хамитова, встал вопрос обеспечения технологической безопасности России. Он упомянул о том, что недостаточное внимание уделяется специальной химии, в том числе разработке и созданию отечественных катализаторов для процессов гидроочистки, крекинга, гидрокрекинга и т.д. В результате на российском рынке номенклатура зарубежной продукции по этой позиции в несколько раз превосходит перечень отечественных.

При этом в Башкортостане сегодня налажено производство современных катализаторов для нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности – на Стерлитамакском заводе катализаторов, Ишимбайском специализированном химическом заводе катализаторов и Салаватском катализаторном заводе. Их продукция не только не уступает, но по ряду параметров превосходит мировые аналоги.

Однако для руководителей многих нефтяных компаний проще купить катализаторы за границей. В результате сегодня на импортных, в основном американских, катализаторах производится более 70% автомобильных бензинов, 40% дизельного топлива, 60% продуктов нефтехимии. «При этом республиканские предприятия, способные закрыть потребности всей отечественной отрасли в катализаторах, загружены далеко не на полную мощность», – посетовал президент РБ.

По его убеждению, назрел вопрос создания в стране государственного катализаторного холдинга для проведения единой маркетинговой и научно-технической политики по производству, использованию и разработке отечественных катализаторов. Эффективной формой взаимодействия бизнеса и государства он назвал создание кластеров, в частности для Башкирии таковым стал кластер малотоннажной нефтехимии. Соглашение о его создании было подписано в рамках третьего форума «Большая химия». В состав кластера вошли 18 предприятий Уфы, Стерлитамака, Салавата и Октябрьского.

Малотоннажная химия, однако, не может развиваться в отрыве от основного сырья. И по многотоннажным продуктам, таким как этилен пропилен, в стране есть хороший задел. Существуют и еще большие амбиции. Может ли Россия стать сверхдержавой в нефтехимии – об этом уже рассуждал на форуме Кирилл Тюрденев, президент ОАО «Объединенная нефтехимическая компания». Он напомним, что на 1991 год Россия находилась на пятом месте в мире по его объемам – 2,48 млн т. Несмотря на то что прибавился 1 млн т этилена, Россия к 2013 году уже находится на 15-м месте. Потому что другие страны, такие как Саудовская Аравия, Южная Корея, Китай, Иран, развивались более активно. Что же будет дальше? «Более реалистичный сценарий предполагает, что у нас прибавится примерно 2 млн т этилена и мы попадем на 11-е место в мировые рейтинги, с учетом того что и остальные страны продолжат развиваться. И есть еще оптимистичный сценарий, который предполагает, что если все заявленные проекты будут реализованы, то тогда прибавится 13 млн т и Россия сможет войти в пятерку его мировых производителей. А поскольку это ключевой продукт для отрасли, тогда мы имеем шанс стать сверхдержавой в этой отрасли», – отметил Тюрденев.

Руководитель ОНК указал на лидеров отрасли. На сегодняшний день США, ЕС и Япония – крупнейшие рынки, крупнейшие производители полимерной продукции и лидеры в технологиях. В США за счет сланцевого газа сырье дешевеет, и поэтому заявлена масса новых проектов. Япония и Европа закрывают, наоборот, базовые производства, уходят в более глубокую переработку, специальную химию, в продукты с более высокой добавленной стоимостью, в биотехнологии.

«Среди новых лидеров – Китай. Здесь огромное потребление и огромное производство нефтехимической продукции. Южная Корея, Саудовская Аравия, Иран, Сингапур, Индия реализуют именно стратегию развития нефтехимии. У каждой страны она своя, но это именно стратегия, которая приводит к усилению нефтехимии. У России тоже есть стратегия, есть политическая воля что-то делать, но вопрос – как мы это реализуем», – обратил внимание глава ОНК.

По его данным, по состоянию на 2014 год Россия производит 3,3 млн т этилена и 2, 3 млн т пропилена. По реалистичному сценарию можно прогнозировать в 2020 году 5,3 млн т этилена и 2,9 млн т пропилена.

Что касается полимеров, то мощностей, как следует из доклада Тюрденева, для обеспечения внутреннего рынка не хватает. Доля импорта составляет от 20 до 88%. Потенциал импортозамещения первичных полимеров – 5 млрд долл., готовых изделий из пластиков – более 6 млрд долл.

Мешает развитию производств, по мнению выступавшего, недостаточный уровень развития инфраструктуры, высокие доходы от экспорта сырья (альтернатива его переработке в стране), неоптимальная структура сырья, доступного в основном регионе переработки (Поволжье), капиталоемкость проектов нефтехимии при высокой цене капитала, проблема кадров, дороговизна промышленного строительства, доступ к современным технологиям. «Существующие сегодня планы развития нефтехимии, объявленные отдельными компаниями, оптимистичны с точки зрения оценки существующих проблем, но недостаточно амбициозны для превращения России в нефтехимическую сверхдержаву. Без продуманной национальной стратегии с учетом мирового опыта возможности реализации конкурентных преимуществ России в нефтехимии будут упущены», – подчеркнул руководитель нефтехимической компании.

Ольга Жолобнюк
Газета «Plastinfo. Полимерный бизнес»